У меня есть знакомый Миша Казаков, и в первую с ним встречу я рассказывала ему про наш с Сашей проект «Майами»: двадцать девчонок, которые хотели привести себя в форму к лету, благодаря нашей помощи. Миша смеялся и говорил, что ничего не выйдет, «нет мотивации». Я отшучивалась.
Спустя несколько часов , облокотившись на барную стойку в джипси, я, хмуря брови, читала истеричные сообщения про шоколадный торт, первый срыв, и как жить дальше.
Про срывы я, кстати, рассказывала ровно три месяца назад, обращаясь к своим девочкам из «майами»:
«Каждая, кто хоть раз сидела на диете, знает, что это такое. Когда вам кажется, что без кусочка шоколадки вы не проживете ни минуты… но после кусочка идет плитка, вслед за плиткой печенье, затем привет шокоторт. В итоге слезы. Слезы в лучшем случае, в худшем: истерика и слабительное. Предупреждаю сразу, если я узнаю, что одна из вас в течение этих трех месяцев закидывалась слабительным, я обшарю все фаст фуды в городе, найду провинившуюся и убью. Поверьте, я могу быть очень плохим полицейским.
Но всего этого можно избежать! :)
Итак, срыв - это плохо, но не смертельно, и они будут. Главное, вовремя остановиться.
Организм не перестроится за сутки на новый режим, он будет испытывать стресс. Он будет умолять «пожалей меня, угости сникерсом, ничего не будет». Верно, ничего не будет, кроме толстой попы. Бороться с ним довольно легко: примите горячую ванну с пеной или солью (в аптеке продаются шалфей, ромашка (успокаивают), крапива (хорошо от целлюлита). Выпейте чай с ложкой меда, пусть и поздно ночью, когда ооочень хотите есть, но все же лучше, чем вышеупомянутый шокоторт. В идеале, конечно, вырабатывать силу воли и не есть.
Не думайте о еде! Хватит, все! Думайте о красивых платьях, которые будете выгуливать летом.
Срыв - не конец света. Сорвались - бывает. Со всеми бывает. Мы все люди. Я тоже миллиард раз начинала заново. Просто вы должны закрепить в своем сознании мысль: «зачем срываться? чтобы начать все сначала? нет, лучше я потерплю».
Ни одна живая душа, кроме нашей маленькой дружной семьи не должна знать о том, что вы худеете. Сколько раз вы собирались начать диету, сколько раз вы слышали от подружек «киса, ты - великолепна, не надо худеть»? еще лучше от мужчин «любимая, ты просто космос, какая к черту диета», а через пару месяцев «ээээ… дорогая, а чьи джинсы пятидесятого размера лежат в шкафу?».
Все просто на самом деле
Так что перед тем, как запихнуть в рот якобы последний кусок пиццы думаем.»
Прошло три месяца. Мои слова улетели в молоко. Общий результат заставил меня вспомнить шутки своего знакомого. Похоже, это тот самый случай, когда так просто не отделаешься обамовским «yes, we can».
Главную роль играет мотивация.
Объясню, почему не берусь работать с теми, кто хочет изменить себя в пользу бойфренда, родителей и общественного мнения, потому что это процесс сугубо собственного психофизиологического плана. Мотивация в виде мнения окружающих будет работать лишь до тех пор, пока это мнение не изменится; будет краткосрочной, а должна действовать всю жизнь. Ведь вы не думали, что, дойдя до отметки заветных 50 кг, вернетесь в кондитерские объятия?
Вечно голодные модели - неплохой, но не действующий пример для подражания. Что будет думать толстая девочка весом 70 кг, глядя на фото Кейт Мосс? «Я никогда не буду такой. К черту все». Верно, она никогда не будет такой, но это не значит, что она должна быть хуже. Хороший пример - это фотоподборки или видеоролики «до и после», после просмотра которых ты точно знаешь, что все реально, ты сможешь.
Одежда - не мотиватор. Одна моя знакомая купила платье размера S, сама носит L. Вспомним детство, когда родители покупают одежду «на вырост», здесь почти по тому же принципу: «на уменьшение в объеме». Начала знакомая достойно: с пробежек по утрам, овощей на пару днем и кефиром вечером. Через две недели пришла ко мне с тортом «наполеон» и платьем. «Носи ты, а я душу продам за кусок слоеного теста с кремом». Не сработало.
Вопрос, который стоит задать себе перед началом пути к самосовершенствованию, - «зачем?». Честный ответ на него и будет мотивацией. И только про него можно вспомнить знаменитое, но перефразированное под себя «yes, I can».